trtrava

"Цыганская венгерка" Есть авторские песни, потерявшие своего автора и ставшие «народными». Одна из таких — Цыганская венгерка или «Две гитары». Этот романс- часть целой эпохи горячего увлечения пением цыган среди дворян и интеллигенции XIX века. Сорваться из обыденности и помчаться к «Яру», в ресторан где пел знаменитый цыганский Соколовский хор— в этом была неизъяснимая романтика, не раз воспетая в русской литературе. Не исключением был и Аполлон Александрович Григорьев — поэт, писатель, литературный критик. Он был ярым «цыганистом», как тогда называли людей, увлечённых цыганской культурой. Он и сам мастерски владел игрой на семиструнной гитаре, очень любил петь под неё романсы и песни. В 1857 году он и сочинил «Поговори хоть ты со мной...» - щемящие стихи о былом, навсегда ушедшем счастье. Интересно то, что «Цыганская венгерка» (Две гитары, зазвенев.) - было у Апполона Григорьева отдельным стихотворением, и он сам исполнял эти две песни как отдельные. Со временем они слились в одну. Мелодию на этот текст сочинил тогдашний руководитель Соколовского хора, приемник Ильи Соколова — Иван Васильев. Он был автором многих цыганских романсов, а так же знатоком старинных народных песен До определенной поры автор музыки считался неизвестным, указание на Ивана Васильева мы читаем впервые у историка-бытописателя М .И. Пыляева. «В пятидесятых годах явился Иван Васильев, ученик Ильи Соколова; это был большой знаток своего дела, хороший музыкант и прекрасный человек, пользовавшийся дружбой многих московских литераторов, как, например, А .Н .Островского, А .А .Григорьева и др .У него за беседой последний написал свое стихотворение, положенное впоследствии на музыку Ив .Васильевым. А дальше - эта песня полетела на крыльях цыганских голосов, облетела всю Россию, заглянула в каждый дом. И по сей день она является одной из песен-символов той эпохи. Её полёт продолжился и за пределами России. Как непревзойдённо исполнял её Шарль Азнавур на своих концертах, как трогательно звучала она из уст Дины Дурбин в фильме «Сестра его дворецкого» (1943), и как захватывающе и неожиданно- из уст Юла Бриннера в дуэте с Алёшей Димитриевичем. «Две гитары» в исполнении Аллы Баяновой или Стронгиллы Иртлач - это целая историческая зарисовка русской жизни XX столетия. Эта песня - вдохновительница для других творцов. Так, например, у Владимира Высоцкого есть песня на этот мотив со своим, полностью авторским текстом . А ещё, на основе этой музыки позже развился отдельный танец- цыганская чечетка или «цыганочка». Интересно то, что знаменитый припев «Эх раз, ещё раз! ... » - появился в песне позже, в тексте у Григорьева этих слов не было.

"Шерочка с машерочкой" нередко можно услышать и в наше время... Так называют тех, кто практически неразлучен друг с другом: двух подруг, закадычных приятелей или даже супругов, которые повсюду появляются только вместе. Откуда же взялось это выражение и что оно означает? Происхождение «шерочки и машерочки» берет начало в те времена, когда в России действовал Смольный институт благородных девиц и другие, подобные ему заведения. Известно, что порядки для учениц таких институтов и пансионов были довольно суровыми. Девушек практически не выпускали за пределы учебного заведения, они носили скромные форменные платья и грубое белье, умывались холодной водой и общались друг с другом преимущественно по-французски или по-немецки. В современных фильмах о той эпохе можно увидеть, как смолянки танцуют на балах и очаровывают кавалеров своей красотой, грацией и умением поддержать беседу. На самом деле, на балы, которые устраивались в Смольном институте, мужчины не допускались. В некоторых институтах проводились балы, на которые можно было приглашать кавалеров-родственников. Некоторые институты допускали присутствие на балу воспитанников дружественных мужских учебных заведений. В общем, танцы с кавалерами так и оставались для многих воспитанниц недосягаемой мечтой вплоть до окончания института. Выход был один — танцевать друг с другом. А поскольку называли девушки друг друга на французский манер «cher», «ma chère» («моя милая, моя дорогая»), то и появилось выражение «шерочка с машерочкой»...

«ВРЕМЯ ИЗМЕНИТСЯ» («РУСЬ ВОЗВЕЛИЧИТСЯ»). Военный романс, на мотив старинного русского романса «Время изменится», авторство которого считается народным, был написан в 1915 году Борисом Борисовым. Поет Сергей Мазуренко, в подобном варианте романс не исполнялся многие годы.

История одной песни "Марш сибирских стрелков" «Марш сибирских стрелков» написал известнейший литератор, автор книги «Москва и москвичи» (и не только ее одной) Владимир Гиляровский, «дядя Гиляй». В начале Первой Мировой войны она попала не только в песенные сборники, но и была издана отдельной открыткой под названием «Сибирские стрелки в 1914 году». У 41-го Сибирского стрелкового полка был дополнительный куплет: Пусть столетье за столетьем Слава вьется над стрелком, Над Сибирским сорок первым, Над родимым нам полком Это дополнение, которое легло на бравший за душу солдат. И слова «от Амура, от реки», а также про «бури грозные Байкала» никого не смущал — призывники в полк прибывали со всей Сибири. У воевавшего по соседству с «новониколаевцами» Сорок третьего полка сибирских стрелков номер полка в куплете, естественно, был свой. Написанная «дядей Гиляем» песня ушла, как говорится, «в народ» и стала жить своей жизнью. ВТОРОЙ ВАРИАНТ Из тайги, тайги дремучей, От Амура от реки Молчаливой, грозной тучей, В бой идут сибиряки. Их сурово воспитала Молчаливая тайга, Бури грозные Байкала, И сибирские снега. Ни усталости не зная, Бьются ночь и бьются день, Только серая папаха Лихо сбита набекрень. Эх, Сибирь, Сибирь родная, За тебя мы постоим. Волнам Рейна и Дуная Твой поклон передадим. Знай, Сибирь, в лихие годы В память славной старины Честь великого народа Отстоят твои сыны. Русь свободная воскреснет, Нашей верою горя, И услышат эту песню Стены древнего Кремля.

"Как цветок душистый..." сл. и муз. Саши Макарова. Поет Сергей Мазуренко. О Саше Макарове почти ничего не известно. Гораздо больше известны его песни, нежели он сам. Он получил немалую популярность в начале 1900-х годов, когда на эстраде властвовал жанр романса. Саша Макаров был автором, так называемых, цыганских романсов, гитаристом и пианистом, много выступал с цыганскими ансамблями — хотя был ли он сам цыганом, неизвестно; являлся постоянным аккомпаниатором известного певца Юрия Морфесси, исполнявшего многие произведения Саши Макарова. Годы жизни самого Саши Макарова неизвестны. Неизвестно даже его настоящее имя; был ли это псевдоним или его действительно звали Александром. В пьесы Маяковского “Клоп” есть такая фраза: “Тоска Макарова по Вере Холодной”. Ни в одном предыдущем издании Маяковского эта фраза не комментировалась. Между тем упоминание этих двух имен — Макарова и Веры Холодной, самой знаменитой актрисы русского немого кино, — в рукописях Маяковского встречается неоднократно. В сценарии для кино “Позабудь про камин” есть запись — ““Любовь Макарова к Вере Холодной”, вальс”. В записной книжке 1924 года — “Ноты. Тоска Макарова по Вере Холодной”. Известно, что Маяковский, высмеивающий в своих произведениях увлечение молодежи романсами и цыганщиной, сам в быту любил распевать эти романсы и знал их множество. Макаров — это, очевидно, пианист и композитор Саша Макаров. Как цветок душистый Аромат разносит, Так бокал налитый Тост заздравный просит. Тост - припев: Выпьем же за Сашу, Сашу дорогого, А пока не выпьет - не нальем другого! Я цветы лелею, Я их поливаю, Для кого их сберегла, Лишь одна я знаю... Тост - припев. Ах, мне эти кудри, Эти ясны очи Не дают покоя До самой полночи. Тост - припев. Кто нас посещает, Счастлив будет вечно, Кто же выпивает, Проживет беспечно… Тост - припев. Выпьем же бокалы За любовь, за счастье, Что бы миновало Горе и несчастье.