Ross Norman

Не Стихи. Это уже конец приготовления барбекю. Здесь вместо мясных продуктов появляется рыбный полуфабрикат. Kipper. Британский способ заготовления селёдки к быстрой жарке или даже к микроволновке. Наташа пробует такую селёдку в первый раз вообще. А я в первый раз на углях.

Не Стихи. Продолжаем барбекю.

Не Стихи. Просто выехали на барбекю. Наташа раскладывает наши припасы на решётку одноразового барбекюшника.

КАК БУДТО Как будто я давно тебя знала Когда ещё девчонкой была Потом на много лет потеряла И вот только теперь нашла Как будто ты, как раньше, такой же Всё так же красив, высок Лишь грусти в глазах стало больше Да поседел висок Я думать о тебе пыталась Но жизнь разбивала мечты Я тебя не дождалась Меня не дождался ты Теперь ты со мною снова Не навеки — лишь на несколько дней Милый! На всё готова Лишь бы оставаться твоей Неужели я кого-то любила? Как я жить без тебя могла? От Бога мне огромная сила Чтоб я счастьем твоим была 1994 г.

ПЛАНЕТА Ты яркая, словно планета На западе после заката Но сколько бы ни было света — Светить не сможешь всегда ты Примчится тучка, тревожа Пусть краешек тучки и светел Люблю твои тучки тоже Люблю разгонять их — как ветер На столике любит клеёнка Скрутиться по уголочкам Люблю в тебе Дьяволёнка — Нельзя быть всегда Ангелочком Ведь правда: остатки сладки Как танки сдавшихся воинств Люблю твои недостатки — Без них не будет достоинств ...

Не Стихи. Просто показываю одну из двух ещё работающих водяных мельниц в Шотландии. Танечка, я очень люблю тебя и ценю твои независимые суждения, но видишь, какое солнце активное. Когда много времени проводишь на улице, надо защищать голову. Даже Наташа в кои-то веки, после пятого или шестого моего замечания, всё же решила взять в путь панамку. И раз пять или шесть за сегодня я услышал от неё: насколько же приятнее гулять по солнцу с головным убором, спасибо тебе за настойчивость!

ЗАВЕДИ СЕБЕ СОБАКУ Заведи себе собаку Проводи с ней дни и ночи Борщ вари, соли салаку Постригись ещё короче Не носи в себе секреты Обо всём поведай маме У подруг спроси совета Спи в сиреневой пижаме Может, замуж выйдешь скоро И пойдут у вас детишки Дай вам Бог златые горы В этом гадком городишке Ну а я найду другую А потом и с ней расстанусь Быть счастливым не могу я Принимай судьбу как данность 1995 г.

Шутливое дописывание стихотворения Иннокентия Анненского

МЕЖ ПОДВОДНЫХ СТЕБЛЕЙ Константин Бальмонт Хорошо меж подводных стеблей. Бледный свет. Тишина. Глубина. Мы заметим лишь тень кораблей. И до нас не доходит волна. Неподвижные стебли глядят, Неподвижные стебли растут. Как спокоен зелёный их взгляд, Как они бестревожно цветут. Безглагольно глубокое дно. Без шуршанья морская трава. Мы любили, когда-то, давно, Мы забыли земные слова. Самоцветные камни. Песок. Молчаливые призраки рыб. Мир страстей и страданий далёк. Хорошо, что я в море погиб. Иногда мне кажется, что Дмитрий Кедрин сочинил своего "Бродягу" в ответ на это стихотворение Бальмонта. Как приквел. Доказательств у меня, разумеется, никаких нет.

ВИНТИК ЛЮБВИ Мне кажется, что мужчины Устроены как машины — В них есть рычажки и кнопки И жар паровозной топки. Мужчин разобрать бы на части, Найти бы, где датчик Счастья, Где винтик Любви в собратьях — Но как же обратно собрать их? И мой Любимый Мужчина — Он всё же тоже машина, А я управлять Им люблю — Я с детства привыкла к рулю. И Он заметит едва ли, Как я нажимаю педали — Он думает, что он сам Летит по горам, по лесам... Я вывела на простор нас И нежно нажала на тормоз, Паркуюсь и выхожу, С любовью за Ним слежу. Пусть винтик Любви не найден — Но Он ведь, к счастью, не Байден! Он сможет и сам решать... Не буду Ему мешать. Люблю Его не как машину — Люблю Его как Мужчину...

СВОЙ ДОМ Я не ворчал на судьбу бы Что снег стеной и ни зги Я б нежно снял с тебя шубу Помог бы снять сапоги На кухне свет бы зажгла ты Мы б в душ сходили вдвоём Переоделись в халаты Когда б у нас был свой дом И я достал бы мартини А ты — салат из тунца И было б слышно в квартире Как бьются наши сердца И мы б любили друг друга Всю ночь, забыв обо всём Я б не искал себе угол Когда б у нас был свой дом А так мы просто расстались Уйдёшь ты к маме домой И в ванне смоешь усталость И взгляд насмешливый мой А я мотаюсь по свету Жизнь отложив на потом Мне на земле места нету Ах, где же, где ж ты, мой дом?

А ЗНАЕТЕ А знаете, я сам себе смешон Но ведь смешон — тем самым и не страшен Я просто верю в прочность старых башен И что словам могу поверить Вашим И что от бурь поможет капюшон А знаете, мне не хватает Вас Я попросту ужасно старомоден И, в общем-то, на многое не годен Но кое-что я Вам сказать свободен И это я Вам и скажу сейчас А знаете, я просто Вас люблю В любви есть радость, но совсем нет смысла Любовь — случайно выпавшие числа Как звёздочка, что среди туч повисла И ночью путь укажет кораблю А знаете, я просто Вас люблю ...

В ДОРОГУ Не знал, что дать тебе с собою Когда уедешь навсегда Что сладить помогло б с бедою И согревало б в холода Я думал долго и помногу И не придумал ничего Я просто дам тебе в дорогу Кусочек сердца своего

В ПЕРВЫЙ РАЗ Сергей Есенин Заметался пожар голубой, Позабылись родимые дали. В первый раз я запел про любовь, В первый раз отрекаюсь скандалить. Был я весь — как запущенный сад, Был на женщин и зелие падкий. Разонравилось пить и плясать И терять свою жизнь без оглядки. Мне бы только смотреть на тебя, Видеть глаз злато-карий омут, И чтоб, прошлое не любя, Ты уйти не смогла к другому. Поступь нежная, лёгкий стан, Если б знала ты сердцем упорным, Как умеет любить хулиган, Как умеет он быть покорным. Я б навеки забыл кабаки И стихи бы писать забросил, Только б тонкой касаться руки И волос твоих цветом в осень. Я б навеки пошел за тобой Хоть в свои, хоть в чужие дали... В первый раз я запел про любовь, В первый раз отрекаюсь скандалить. 1923 г.

ДЕНЬ Зинаида Гиппиус Освещена последняя сосна. Под нею тёмный кряж пушится. Сейчас погаснет и она. День конченый — не повторится. День кончился. Что было в нём? Не знаю, пролетел, как птица. Он был обыкновенным днём, А всё-таки — не повторится.

ПРОЙДЁТ, ПРОЙДЁТ, ПЕРЕБОЛИТ Татьяна Чащина Пройдёт, пройдёт, переболит... Как прежде, Млечный путь блестит. Уже не страшен взгляд оттуда. Нельзя надеяться на чудо. И нет друзей, и нет врагов, Все люди — боги, и готов Любой урок преподнести: Как жить, любить и как уйти. Мы выбираем каждый день: Принять? Отдать? Укрыться в тень? И боль, что душу жжёт ночами, Мы тоже выбираем сами. Как выберем, так и живём. И силы свыше ни при чём. Терпеть и ждать — таков расклад. Никто ни в чём не виноват. Что ж маяться вчерашним днём? Проходит всё. И мы пройдём. Не надо мне иных молитв: "Пройдёт, пройдёт, переболит"

Не Стихи. Искупался, выбираюсь. Место хорошее, но нужно приезжать на высоком приливе. Высокий прилив: высота воды 6 метров от нулевого уровня. А в субботу было только 5 м. Поэтому там, где можно было бы купаться на глубине полтора метра, получилось только поплавать в лягушатнике глубиной в полметра. До настоящей глубины тут ещё далеко было бы идти. Водичка уже не зимняя. Не тёплая. Но и не такая обжигающая, как зимой.

Не Стихи. В кои-то веки собрался поплавать. В этот раз решил забраться в воду на почти безлюдном пляжике в районе Golf Coast, ближе к открытому морю. Раньше там не купался. К нашему огромному удивлению, в воде я оказался вовсе не один. Там уже давно плавала какая-то немолодая, хорошо натренированная дама.

НЕДОЛЮБИВШИЙ Недолюбивший опасен, страшен Как недоспавший в берлоге медведь Он не прислушается к доводам вашим Ни вас, ни себя не станет жалеть Он жесток и отчаян, в нём страшная сила Посмотрите, что за пламя в глазах горит! И пока его любовь никого не убила Он сам должен быть убит 1994

Юрий Живаго СВИДАНИЕ Засыпет снег дороги, Завалит скаты крыш. Пойду размять я ноги: За дверью ты стоишь. Одна, в пальто осеннем, Без шляпы, без галош, Ты борешься с волненьем И мокрый снег жуёшь. Деревья и ограды Уходят вдаль, во мглу. Одна средь снегопада Стоишь ты на углу. Вода течёт с косынки По рукаву в обшлаг, И каплями росинки Сверкают в волосах. И прядью белокурой Озарены: лицо, Косынка, и фигура, И это пальтецо. Снег на ресницах влажен, В глазах твоих тоска, И весь твой облик слажен Из одного куска. Как будто бы железом, Обмокнутым в сурьму, Тебя вели надрезом По сердцу моему. И в нём навек засела Смиренность этих черт, И оттого нет дела, Что свет жестокосерд. И оттого двоится Вся эта ночь в снегу, И провести границы Меж нас я не могу. Но кто мы и откуда, Когда от всех тех лет Остались пересуды, А нас на свете нет? (Настоящий автор: Борис Пастернак)