БОЛЬ ПО СССР. - «Синий туман»: почему мы штурмовали кассы, чтобы попасть на концерт?

Андрей, 43 года, топ-менеджер: «Коллеги, я как вспомню эти рассказы родителей про концерты — так это же дикость! Огромные безликие залы, стадионы типа "Олимпийского", где ты артиста видишь только как маленькую точку на горизонте. Звук отвратительный, всё фонит, аппаратура допотопная. А чтобы билет купить? Это же унижение! Очередь с пяти утра в театральную кассу на углу, и не факт, что достанется. Спекулянты накручивают по три цены прямо у входа. Сейчас я захожу в приложение на телефоне, выбираю любое место в клубе или в Крокусе, плачу картой и иду получать удовольствие с идеальным звуком и светом. Разве это сравнить?» Марина, 58 лет, бухгалтер: «Андрей, ты опять про комфорт! А я про душу! Когда весь этот гигантский зал, все сорок тысяч человек в "Олимпийском", единым хором поют "Синий туман" вместе со Славой Добрыниным или "Лаванду" с Софией Ротару! До мурашек, понимаешь? Артисты тогда были настоящими богами, недосягаемыми, легендарными. Они не мелькали каждый день в Инстаграме, их ждали годами. И когда ты, отстояв ту самую очередь, получал заветный билет — это же праздник! Ты его в сервант ставил, под стекло, и ждал месяц. Это было событие, масштаб! А сейчас всё слишком доступно, обесценилось». Виктор, 67 лет, бывший главный инженер (перебивая): «Марина, да что Добрынин! Вспомни Аллу Борисовну или Валерия Леонтьева! Это же были настоящие шоумены, они из каждого концерта спектакль делали! Помню, как Леонтьев на сцену выходил в таких костюмах, что вся страна потом обсуждала — где он это взял? А голос какой! Без всякой фанеры, живой звук, оркестр за спиной! Да, аппаратура была слабее, но энергия артиста перекрывала всё. И ведь никакой охраны бешеной — люди цветы на сцену выносили, руки тянули. Было какое-то единение артиста и народа, настоящее уважение. Это не ваши сегодняшние корпоративы "под фанеру"». Илья, 36 лет, IT-предприниматель: «Виктор Сергеевич, ну насчет "без фанеры" вы, конечно, загнули. Говорят, уже в 80-х "плюс" использовать начали вовсю, особенно на сборных концертах. А уж этот "единый хор" в "Олимпийском"… По-моему, это просто стадное чувство. Да и цензура бешеная была: худсоветы решали, что петь, как одеваться. Артистов в рамки загоняли, никакого самовыражения! Вспомните "Машину времени" или "Воскресение", которые полжизни в подполье просидели, потому что их тексты "не соответствовали". Разве это свобода творчества?» Ольга, 63 года, библиотекарь: «Илья, вы судите о тех временах по фильмам! Да, были рамки, но и артисты были интеллектуальнее, тексты глубже, музыка мелодичнее! Вспомните Анну Герман или Майю Кристалинскую — это же чистая поэзия на сцене, без капли пошлости. А "Песня года"? Это же был главный концерт страны, вся семья собиралась у телевизора! А на живых концертах мы с девчонками плакали, когда Муслим Магомаев пел "Свадьбу". Это была высокая эстрада, а не "шоу-бизнес". Мы за ними в другой город ездили, цветы везли в поезде. Это была настоящая, чистая любовь».Никита, 22 года, студент: «Слушайте, а мне кажется, эта стадионная эстетика 80-х с огромными сценами, яркими прожекторами и модой тех лет выглядит безумно стильно и масштабно. Я сейчас смотрю записи концертов "Ласкового мая" или "Миража": тысячи поднятых рук, эти безумные прически и куртки-варенки... Это же энергетика чистого стадионного рока, даже если они попсу пели! Сейчас артисты больше по маленьким клубам прячутся или в онлайн уходят, а тогда они владели этими гигантскими пространствами. Это круто!» Продолжим разговор? А вы помните свои заветные концерты в СССР? Штурмовали кассы ради билета, пели хором на стадионе или плакали под «Лаванду» у телевизора? Делитесь своими воспоминаниями и историями в комментариях! И обязательно предлагайте свои темы для наших следующих выпусков!