Одиночество жизни во Вселенной математически невозможно. Тогда где все остальные?

Если завтра марсоход приподнимет камень, а под камнем окажется живой микроб, радоваться будет рано. Есть расчёт, из которого следует, что это одна из худших новостей, какие человечество может получить. Начинается всё с обыкновенного двора и ночного неба. Глазом в идеальную ночь видно около двух с половиной тысяч звёзд — и почти все они наши ближайшие соседи, крошечный пятачок Млечного Пути. А если взять всё остальное и раздать звёзды по песчинкам всех пляжей Земли, на каждую придётся около десяти тысяч. Дальше идёт простая арифметика — но подставьте в неё щедрые допущения, и получится число, от которого становится неуютно: сто тысяч цивилизаций в одной нашей галактике. Больше шестидесяти лет поисков не дали ни одного подтверждённого сигнала. Значит, где-то среди этих допущений спрятана ошибка. Есть и вторая неприятность, о которой обычно не думают: мы не просто не одни — мы ещё и поздние гости. Многие миры получили перед Землёй фору в миллиарды лет, а за такой срок можно было успеть почти всё. Заселить галактику при этом не так уж сложно: не нужны ни сверхсветовые двигатели, ни герои-колонисты — достаточно машины, которая умеет лететь и копировать себя. Это считали и на бумаге, и грубой силой в моделях с нарочито жалкими параметрами. Времени хватает с огромным запасом. Версий, почему тишина всё-таки держится, хватает. Подходящие миры могут быть чудовищно редки. Жизнь может упираться в барьер, который не проходит почти никто. Цивилизации могут молчать по расчёту, исчезать слишком быстро или просто не интересоваться нами. А можем ошибаться мы сами — искать не там, не тем и не в то время. Посмотрим, какие из этих объяснений выдерживают столкновение с цифрами, а какие рассыпаются. Отдельная история — с кем мы вообще рассчитываем поговорить. Тут почти все ошибаются одинаково: мы ищем себя, только чуть умнее. А на Земле уже живёт существо, у которого около двух третей нейронов распределены по щупальцам, и мы до сих пор не понимаем, каково это изнутри. Жизнь мы не сумели запустить с нуля ни в одной колбе мира — и, честно говоря, до сих пор спорим, что именно надо повторять. К финалу с доски уйдёт не очередной ответ, а сам вопрос в том виде, в каком мы его задавали. Утешения не будет. Будет кое-что интереснее: понимание, чьи именно представления мы всё это время находили в космосе вместо соседей. А вам самим чего хочется больше — чтобы под тем марсианским камнем что-то нашли или чтобы там было пусто?