Эмиль Верхарн - Звонарь (AI doom metal cover)

(Перевод А. Голембы) Нежданный ураган взмычал во мгле, как стадо, Казнимое внезапной слепотой, - И в готику соборного фасада Вонзился молнии осколок золотой. Удар в небесной вышине - И звонница в огне! Спешит, от страха безголосый, Старик-звонарь простоволосый К своим колоколам. А там, В сплетеньях туч, и призраков, и чар, В дымах, подобных щупальцам воздетым, Растёт пожар. Весь город озарён каким-то странным светом. Из окон стрельчатых, недавно полных мглой, Кровавость пламени глядит с усмешкой злой! И вот, в простор полей, сквозь черный дым и гарь, Безумный свой набат швырнул старик-звонарь. Колокола гудят, Набат, набат, набат, - И грозный небосклон, кровавым ветром движим, Распахнут отсветам, блуждающим и рыжим, - Все озарил вокруг пламенноокий дождь, И аспидная кровля раскалилась, И пламенем пространство окрылилось От города до отдалённых рощ. Исторгнуты из тьмы, домишки и лачуги Колышутся в огнях багрянокрылой вьюги. Обрушилась стена, всё озарив окрест, В проломах - пламена, и копоть очи ест, И гневного костра шипящие излуки Блаженно лижут крест, Чтобы сложить в мольбе трепещущие руки! Вновь, не жалея сил, звонит звонарь-старик - Тревога! Злой огонь в небесный рай проник! Пожар, пожар! Крепчает вихрь - и вот Из окон пламя бьет в сумятице раздольной: Уже обглодан им кирпичный свод В раскатах грозной меди колокольной. Издав безумный крик, В огне вороны мечутся и совы, И, тычась сослепу в оконные засовы, Сгорают на лету, обугливаясь вмиг. Их гонит ужас, и они с размаха, Перед толпой, слепой от страха, Спешат уткнуться головой В булыжник мостовой. Старик-звонарь глядит, как, темень расколов, Льнут пальцы пламени к губам колоколов. Собор Каменнолик и медноуст, Он весь как некий исполинский куст, Охваченный огнём багряным; Уже огонь, летя во весь опор, По балкам и брускам струится деревянным. Огонь живые лижет медноустья. Уже стропила корчатся в огне, В заоблачной угрюмой вышине Готовы запылать тугие брусья, И уронить - сквозь гарь и черный дым - Святую медь, подвешенную к ним! Звонарь звонит - и гибнущая медь Несчастного торопится отпеть. Горящий храм Теперь открыт всем четырём ветрам, И сверху донизу собор расколот, - Обломки штукатурки, прах и срам! Подобный огнедышащим горам, Готов он превратиться в лёд и в холод… Так глохнет умерщвляемого крик. Звонарь-старик Колоколов умерил ярость, - И вот Вослед за ярусом валится ярус, Валится медь, настал ее черёд: Она мерцает, темнолица, Обрушиваясь в чёрный дым, Чтоб прямо в землю погрузиться Всем грозным бременем своим. Обуглились тугие тяги, Огонь погас, осела гарь, И под землей старик-звонарь Спит в гулком медном саркофаге.