Котлета всему голова. (Как мы с Вовкой. Лето с пионерским приветом. Книга четвёртая) Автор Андрей Ас

Глава 5. Котлета всему голова. (Как мы с Вовкой. Лето с пионерским приветом. Книга четвёртая) Автор Андрей Асковд (проза) Сообщество автора в ВК https://vk.com/slyliss – Значит, так, – начал Алексей, когда мы вернулись в корпус, – у вас час свободного времени, затем мы идём на обед, после общий сбор. Будем выбирать командира отряда. Мы вернулись в свою комнату и развалились на кроватях. Генка крутил в руках ручку от своего чемодана, затем я закинул её в свою тумбочку. Не знаю зачем, но, наверное, подумал, что когда-нибудь она ещё пригодится. Вовка лежал на своей кровати и молча глядел в потолок, чему-то улыбаясь. Судя по всему, известному только ему одному. – По-хорошему, – повернулся я к Вовке, – надо было бы тебе руку сломать. – Ага, – согласился Вовка. Я удивился тому, что он так легко согласился, что сначала даже не понял его. – Тогда бы я домой поехал, – пояснил Вовка. – Хочешь, исправим? – предложил Генка. Вовка отказался. Он сказал, что если бы это случилось неожиданно и в чемодане, то он бы даже ничего не успел заметить. Просто раз! И перелом. Медпункт, автобус и домой. А так… Специально ломать руку – это не от большого ума. Шурик не согласился. После всех выходок Вовки он вообще начал сомневаться в наличии у Вовки ума. Даже малого. В этом бабка с ним бы согласилась. – Как ты думаешь, – спросил Шурик у меня, – кто командиром отряда станет? Я пожал плечами. Для себя я уже решил, что быть командиром отряда – сомнительная затея. – Может, ты? – предложил я ему. – Я могу, – вместо него ответил Вовка. Я на минуту представил, что Вовка – командир отряда. Ради интереса представил. Вот мы маршируем на обед под частушки бабки. Вот по утрам все учимся дудеть в горн. На конкурсе самодеятельности решаем, что спрятаться в чемодан – это самый лучший номер. Организовываем соревнование по прыжкам на кровати из окна. И это только то, что можно пока представить, исходя из уже случившегося. А ведь шёл лишь первый день смены. Понятное дело, что у Вовки не было никаких шансов стать командиром отряда. – Я тоже не очень хочу, – ответил Шурик. – А что тогда так рвался за этой повязкой? – Вовка встал и направился на выход. – Ты куда? – поинтересовался я, опасаясь, что он нечаянно что-то учудит. Вовка ответил, что идёт в туалет, и скрылся за дверью. Мы продолжали размышлять над тем, кто бы мог быть командиром отряда, как вдруг услышали девчачий визг. Интуиция подсказывала только одно – Вовка. Моё чутьё не связывало пока между собой эти два факта, но, по теории вероятности, были большие шансы именно на такой исход. И действительно. Через мгновенье в комнату забежал Вовка и захлопнул за собой дверь. Одной рукой он держался за лоб, во второй была сандалия. Одна. Явно девчачья. Вовка поднял руку с сандалией и посмотрел на неё. Как будто не мог понять, что это у него в руке. А когда понял, он её с какой-то злостью отбросил в сторону и, всё так же держась второй рукой за лоб, проследовал к своей кровати. Завалился на неё и отвернулся к стенке. Молча. Мы переглянулись и попытались связать эти события между собой. Подошли к Вовке, чтобы лично от него узнать, что это было. Но тут в дверь постучались. – Можно? – послышался тонкий девчачий голос. Генка был ближе всех к двери и открыл её. Он как раз подошёл и поднял ту сандалию. В проёме стояла та самая девочка, которая заставила краснеть мои уши. – Можно? – снова спросила она и указала на обувь в руке Генки. Генка молча протянул ей сандалию. – Дурак, – судя по всему, она адресовала это Вовке. – Стучаться не учили? – и, развернувшись, ушла. Мы снова обратили свои взоры на Вовку. – Сама она дура, – возразил он, потирая лоб, на котором начала образовываться шишка. – Любовь твоя, – это он уже мне адресовал. Далее мы выяснили, что Вовка, покинув нашу комнату и выйдя в коридор, понял, что туалет в корпусе не предусмотрен. Только умывальник. Он хотел было уже узнать у вожатого, где, собственно, сам туалет, но услышал, как весело в комнате девочек. Они там над чем-то громко смеялись. Вовка захотел посмотреть, над чем они так смеются, и пошёл на девчачий смех. Как только он открыл дверь, звуки веселья сменились на тревожные визги. Он, всё ещё улыбаясь, стоял в двери и хотел даже сказать что-то вроде «здрасьте», как в тот же самый миг ему в лоб что-то прилетело. Что моментально отбило у него желание веселиться и даже выяснять причину веселья. Не так он себе это представлял, стоя перед дверью спальни девочек. Непроизвольно захватив с собой трофей в виде сандалии, которую он машинально поймал, хотя было уже поздно, Вовка бегом ретировался в нашу комнату. Я согласился с утверждением девочки, что он дурак, но не согласился с утверждением Вовки, что это моя любовь. Я надеялся, что все уже забыли про тот инцидент. Даже я успел о ней забыть.