Винил. Борис Пастернак. Стихотворения, эссе, переводы. Читает автор. 1990

Поддержать канал: Сбербанк 5228 6005 6306 6390 номер телефона 8-952-146-33-09 Евгений QIWI кошелек https://qiwi.com/n/EUGENESTAFEEV Яндекс. Деньги https://yoomoney.ru/to/410014466241145 М40 49023 008 Проигрыватель Audio-technica AT-LP120 - USB, головка AT-VM95ML, звуковая карта Zoom R16, камера FujiFilm X-A7 00:00 Трек-лист: Сторона 1 А1 Ночь — 00:56 А2 В больнице — 03:15 А3 Об Александре Блоке (из книги «Люди и положения») — 06:06 А4 Разлука — 13:25 А5 Ветер — 15:28 А6 Свидание — 16:02 А7 Свадьба — 17:37 А8 Сказка — 19:49 Читает автор Сторона 2 В1 В. Шекспир. Хроника «Генрих IV» — 22:06 В2 В. Шекспир. «Зима». Из пьесы «Потерянные (тщетные) усилия любви»— 43:40 В3 Н. Бараташвили. Мерани — 44:46 В4 Цвет небесный, синий цвет...— 47:04 Читает автор переводов Составитель Лев Шилов Реставратор Т. Бадеян. Редактор Т. Тарновская В оформлении использованы рисунки Л. О. Пастернака На лицевой стороне - портрет Б. Л. Пастернака 1924 года На оборотной стороне - альбомная арисовка, 1916 г. Художник В. Иванов Своеобразное чтение Бориса Пастернака, — протяжное, гудящее, захлебывающееся, — сначала удивляет, но, в сущности, это очень простое, доверчивое чтение, в нем нет каких-либо примет внешней выразительности, декламационности, но оно захватывает, покоряет, завораживает слушателя. Вероятно, сила его воздействия объясняется, в частности, тем, что, произнося строку, фразу, Пастернак и сам как бы прислушивается к ней, в нее всматривается, и он снова искренне восхищен увиденным и пережитым. Вслушайтесь, например, в жаркие восклицания героя стихотворения «В больнице», и вы почувствуете, как заново взволнован произносящий их человек, как свежо и непосредственно переживает он воспоминание о том, что стало поводом для стихотворения. Мы понимаем, как важны ему простые истины, как бы заново открывшиеся в тот момент, в «ночь смерти», и как в один миг становятся для него равновеликими и внешний облик предмета и глубинная сущность человеческой жизни: O Господи, как совершенны Дела Твои, — думал больной, — Постели, и люди, и стены, Ночь смерти и город ночной. ...Мне сладко при свете неярком, Чуть падающем на кровать, Себя и свой жребий подарком Бесценным Твоим сознавать... В другом месте, говоря о своем миросозерцании, поэт признавался, что ему «нравится думать, что существование не случайно и не бесцельно, что у нашей драмы есть режиссер, который следит за ходом действия, направляет его, знает его смысл, и что и мне он отвел какую-то свою роль». Раздумьями о единстве природы и человека, о предназначении искусства наполнено и второе, тоже уже достаточно хорошо известное в звукозаписи стихотворение «Ночь». Комментируя его в пластинке «Говорят писатели» (первой советской пластинке, на которой в 1965 году был воспроизведен голос Бориса Пастернака), Ираклий Андроников отмечал, что здесь с особой отчетливостью проступает своеобразие образной системы поэта: «Каждый предмет Пастернак осмысляет неожиданным сопоставлением, поражая при этом феноменальной точностью зрения, слуха, памяти, выраженного чувства. Привычная иерархия предметов и понятий разрушается. В одном масштабе выступают млечный Путь, самолет, небесные тела, кочегары, беспредельные пространства, старинный чердак. Возникает картина вселенной. Емкость стихотворения ширится. Из каждой строфы, каждого образа, из самой музыки этого стихотворения рождается философская мысль о времени, о вечности, о себе». Звукозапись обоих стихотворений и эссе об Александре Блоке была сделана двумя шведскими славистами, посетившими Бориса Пастернака в Переделкине осенью 1958 года. Запись получилась с гулом и другими техническими дефектами, которые частично удалось снять или смягчить современной аппаратурой при подготовке новой пластинки. А когда эта запись впервые (почти без реставрации) была издана на пластинке в Швеции и в Англии, то на ее конверте было сказано, что появление столь несовершенных записей оправдывается тем, что, возможно, это единственная в мире сохранившаяся фонограмма голоса Бориса Пастернака, что «вряд ли голос автора «Доктора Живаго» был сохранен кем-то из его соотечественников». Долгое время так и считалось, и именно с этой пластинки воспроизводились записи в таких изданиях «Мелодии», как «Говорят писатели», «Голоса, зазвучавшие вновь», «Александр Блок и его современники». Разделялось это заблуждение и в ближайшем окружении поэта. Так полагала и его вдова, Зинаида Николаевна Пастернак, которая рассказала мне о нескольких неудачных попытках, делавшихся домашними, чтобы записать чтение или разговоры Бориса Пастернака. «Он как будто чувствовал микрофон», — говорила она. Поэтому легко можно представить, каким замечательным и знаменательным подарком судьбы представился мне зазвучавший со старого большого диска голос Бориса Пастернака, который я услышал, разбирая в начале 70-х годов материалы звукового архива ВТО, в ту пору еще не полностью каталогизированного. Продолжение аннотации https://records.su/album/26581