32. Лекция о «Звезде» Александра Иванова

Съемки фильма «Звезда» режиссера Александра Иванова были закончены в 1949 году, однако вышел он на экраны страны лишь в 1953-м. Сценарий Павла Фурмановского основан на одноименной повести Эммануила Казакевича. История разведгруппы, одной из многих, отправленной в тыл врага, использована в фильме как основная сюжетная линия. Группа получила позывной «Звезда», что стало не просто названием картины, а явилось четким лейтмотивом, пунктирно подчеркивающим все ее глубокое образное наполнение. Фильм снят в период малокартинья, и это во многом объясняет как ее прокатную судьбу, так и ее роль в истории отечественного кинематографа. По данным участников съемочной группы, фильм не понравился главному цензору страны. Оценивая экранный материал, а также общую стилистическую и идеологическую направленность этого периода советского кино, легко понять, что в фильме могло не удовлетворить требования, предъявляемые к самому массовому искусству. Разведгруппа лейтенанта Травкина отправляется за линию фронта после получения известия о гибели предыдущей. Командованию дивизии для проведения наступательной операции важно понимать дислокацию сил противника. Авторы не акцентируют внимание на конкретной дате времени действия картины, однако зрителю и так понятно, что в ходе Великой Отечественной войны уже произошел коренной перелом, и ничто не может остановить победоносное наступление Красной Армии. Предметом исследования является только одно: какой ценой это произойдет. И цена эта — человеческая жизнь. Тщательная подготовка разведгруппы к выполнению задания дает возможность зрителю познакомиться с ее участниками, узнать их поближе, понять, какие чувства испытывают они на войне. А здесь, оказывается, есть место и любви, и ревности, и дружбе, и верности, наконец. Всему тому, что было в мирной жизни, вот только в условиях, когда артиллерийские снаряды методично и целенаправленно ложатся вокруг, все это чувствуется острее. Будь это возвращение в строй старшины Аниканова в исполнении Василия Меркурьева или классический любовный треугольник лейтенанта Травкина, радистки Кати и сержанта Мамочкина. Обстоятельства складываются таким образом, что, казалось бы, достаточно искры — и разгорятся нешуточные страсти. Однако созданная актерским ансамблем — Анатолием Вербицким, Ириной Радченко и Николаем Крючковым — атмосфера человеческого уважения и ценности личности как нельзя лучше передает зрителю ощущение непрочности всего вокруг, кроме достоинства, чести и жертвенности народа. Авторы фильма всеми возможными способами подчеркивают сложившееся на фронте противостояние двух армий, являющееся основным движущим конфликтом сюжета. Колючая проволока как водораздел двух миров, минные поля, саперы, олицетворяющие проводников и стражей в иное ценностное измерение, сообщают фильму особую сакральную составляющую. Русская природа, ее леса и поля становятся в фильме не просто местом локации — гармония мягких защитных цветов формы бойцов Красной Армии, сливающаяся с ней, резко контрастирует с черным цветом одежды эсэсовцев. Враг, находящийся за линией фронта, в тыл к которому направляются герои фильма, маркируется визуальными и звуковыми деталями, призванными с одной целью — подчеркнуть всю абсурдность существования его в местах, предназначенных для мира и созидания народа. Казалось бы, тема и идея фильма направлена на одно — воспеть победу Советского Союза в Великой Отечественной войне, и авторы блестяще с этим справляются. Однако, вспоминая время создания произведения, нельзя не отметить те отступления от канона, которые ими были допущены. Достаточная степень обезличивания места действия влечет за собой и отход от персонификации образов военачальников, командующих армиями и фронтами. Образы командиров, будь это полковник Сербиченко или полковник Алиев, являются собирательными, а передача лейтенанту Травкину всей полноты ответственности за действия разведгруппы в тылу врага выводит фильм на уровень осмысления роли человеческого фактора в победе Советского Союза над фашизмом. Соответственно, это не просто замещает образ «главного победителя» в войне, а совершенно вытесняет из художественного пространства картины верховного главнокомандующего. Боевой клич «За Родину! За Сталина!», являющийся неотъемлемой чертой фильмов о войне, старательно игнорируется, даже если он вполне оправдан драматургически. Совершение самоподрыва сержантом Мамочкиными, соответственно, пафос подвига и харизма Николая Крючкова требует этих слов от персонажа, но он произносит лишь три слова: «Вот так вот…» — вполне будничных и абсолютно бытовых. Это ли не является тем художественным штрихом, подчеркивающим интерес авторов фильма к судьбе простого человека на страшной войне, а значит, к тем, кто является истинным победителем, к тем, кто заплатил ценой жизни за мирное небо над нами.