Шелкопряд уничтожает гектары леса в Сибири и на Урале
В Сибири и на Урале жителей этим летом испытывает не только погода. Сразу в нескольких регионах — нашествие шелкопряда. Миллионы черных гусениц превращают леса в безжизненные массивы. За несколько месяцев уже пострадали территории, сопоставимые с небольшой европейской страной. И по словам специалистов — худшее еще впереди. Можно ли остановить это нашествие — узнала корреспондент «Известий» Нина Катаева. Кажется, под ногами раскинули живой ковер. Но это тысячи гусениц непарного шелкопряда оккупировали корни берез и тянутся к веткам. — Вот очередное доказательство, что все заражено шелкопрядом. Их тысячи, миллионы. Посмотрите, что с лесом. Все, нет листвы. Позавтракать гектаром леса для них, что называется, «на один зуб». От ажурных деревьев Урала и Сибири за несколько месяцев остался один «скелет». — Очень много берез с подъеденными листочками. Заразы! Непарный шелкопряд — настоящая чума для леса. В его меню около шестисот видов деревьев. Особенно любит хвою столетней выдержки и сочную мякоть берез. «Одна гусеница старшего возраста съедает в пять-шесть раз больше себя. Каждая гусеница может до семи-восьми граммов листвы съесть. На дерево нужно около 300-400 гусениц», — сказал доктор биологических наук, заведующий лабораторией лесовосстановления, защиты леса и лесопользования УрО РАН Василий Пономарев. Такого нашествия ученые не видели 60 лет. По некоторым подсчетам, гусеницы «перекусили» уже миллионом гектаров леса — территорией размером с Кипр. Зверский аппетит спровоцировала слишком хорошая погода. «Несколько лет было холодно, потом пошли теплые года, и все яйца, которые бабочки отложили, из них вышли гусеницы, которые в очень большом количестве выжили», — пояснил Пономарев. В Туве площадь распространения шелкопряда увеличилась в пять раз. В Новосибирской области даже ввели режим повышенной готовности. На обработку лесов биопрепаратами уходят десятки миллионов рублей. Но огромные зараженные площади делают сплошную обработку практически невозможной. «Если не обрабатывать, то лес пострадает очень сильно, даже хуже, чем после пожара», — заявил начальник отдела по Коченевскому лесничеству министерства природных ресурсов и экологии Новосибирской области Владимир Овчинников. А ведь мертвый сухостой — это, по сути, гигантский фитиль, который может спровоцировать волну лесных пожаров. После обеда шелкопрядов дерево может усохнуть навсегда. Сил на восстановление ни у ствола, ни у листьев больше нет. А наевшись, гусеницы превращаются в бабочек и улетают захватывать новые территории. Их путь может составлять до десяти километров. Шелкопряд почти доел леса и приступил к десерту — дачным участкам. Вредители съели яблоки, сливы, смородину. «И народными средствами боролись, и вызывали человека, который химией обрабатывал — бесполезно. Их кишило. Они прямо по полу ползали, в дом заползали, в детские кроватки», — рассказала жительница Троицкого Ирина Старцева. Сейчас основная масса гусениц окуклилась. К августу бабочки отложат новые яйца — а это миллионы будущих шелкопрядов. И тут главное — не упустить момент и уничтожить как можно больше кладок. Бороться с шелкопрядом в зародыше в тысячи раз легче и дешевле.
В Сибири и на Урале жителей этим летом испытывает не только погода. Сразу в нескольких регионах — нашествие шелкопряда. Миллионы черных гусениц превращают леса в безжизненные массивы. За несколько месяцев уже пострадали территории, сопоставимые с небольшой европейской страной. И по словам специалистов — худшее еще впереди. Можно ли остановить это нашествие — узнала корреспондент «Известий» Нина Катаева. Кажется, под ногами раскинули живой ковер. Но это тысячи гусениц непарного шелкопряда оккупировали корни берез и тянутся к веткам. — Вот очередное доказательство, что все заражено шелкопрядом. Их тысячи, миллионы. Посмотрите, что с лесом. Все, нет листвы. Позавтракать гектаром леса для них, что называется, «на один зуб». От ажурных деревьев Урала и Сибири за несколько месяцев остался один «скелет». — Очень много берез с подъеденными листочками. Заразы! Непарный шелкопряд — настоящая чума для леса. В его меню около шестисот видов деревьев. Особенно любит хвою столетней выдержки и сочную мякоть берез. «Одна гусеница старшего возраста съедает в пять-шесть раз больше себя. Каждая гусеница может до семи-восьми граммов листвы съесть. На дерево нужно около 300-400 гусениц», — сказал доктор биологических наук, заведующий лабораторией лесовосстановления, защиты леса и лесопользования УрО РАН Василий Пономарев. Такого нашествия ученые не видели 60 лет. По некоторым подсчетам, гусеницы «перекусили» уже миллионом гектаров леса — территорией размером с Кипр. Зверский аппетит спровоцировала слишком хорошая погода. «Несколько лет было холодно, потом пошли теплые года, и все яйца, которые бабочки отложили, из них вышли гусеницы, которые в очень большом количестве выжили», — пояснил Пономарев. В Туве площадь распространения шелкопряда увеличилась в пять раз. В Новосибирской области даже ввели режим повышенной готовности. На обработку лесов биопрепаратами уходят десятки миллионов рублей. Но огромные зараженные площади делают сплошную обработку практически невозможной. «Если не обрабатывать, то лес пострадает очень сильно, даже хуже, чем после пожара», — заявил начальник отдела по Коченевскому лесничеству министерства природных ресурсов и экологии Новосибирской области Владимир Овчинников. А ведь мертвый сухостой — это, по сути, гигантский фитиль, который может спровоцировать волну лесных пожаров. После обеда шелкопрядов дерево может усохнуть навсегда. Сил на восстановление ни у ствола, ни у листьев больше нет. А наевшись, гусеницы превращаются в бабочек и улетают захватывать новые территории. Их путь может составлять до десяти километров. Шелкопряд почти доел леса и приступил к десерту — дачным участкам. Вредители съели яблоки, сливы, смородину. «И народными средствами боролись, и вызывали человека, который химией обрабатывал — бесполезно. Их кишило. Они прямо по полу ползали, в дом заползали, в детские кроватки», — рассказала жительница Троицкого Ирина Старцева. Сейчас основная масса гусениц окуклилась. К августу бабочки отложат новые яйца — а это миллионы будущих шелкопрядов. И тут главное — не упустить момент и уничтожить как можно больше кладок. Бороться с шелкопрядом в зародыше в тысячи раз легче и дешевле.