Николай Гумилев Маскарад 3

Мазурки стремительный зов раздавался, И я танцевал с куртизанкой Содома, О чем-то грустил я, чему-то смеялся, И что-то казалось мне странно знакомо. Молил я подругу: «Сними эту маску, Ужели во мне не узнала ты брата? Ты так мне напомнила древнюю сказку, Которую раз я услышал когда-то. Для всех ты останешься вечно чужою И лишь для меня бесконечно знакома, И верь, от людей и от масок я скрою, Что знаю тебя я, царица Содома». Под маской мне слышался смех её юный. Но взоры её не встречались с моими, Бродили с драконами под руку луны, Китайские вазы метались меж ними. Как вдруг под окном, где угрозой пустою Темнело лицо проплывАющей ночи, Она от меня ускользнула змеёю, И сдернула маску, и глянула в очи. Я вспомнил, я вспомнил — такие же песни. Такую же дикую дрожь сладострастья И ласковый, вкрадчивый шепот: «Воскресни, Воскресни для жизни, для боли и счастья!» Я многое понял в тот миг сокровенный, Но страшную клятву мою не нарушу. Царица, царица, ты видишь, я пленный, Возьми мое тело, возьми мою душу! In the dim corridors and deserted halls, Today, cheerful masks have gathered, Today, in drawing rooms draped with flowers, Mad dances have taken place in a whirlwind. They wandered with dragons, hand in hand with the moon, Chinese vases darted about among them, There was a burning torch and a lute, where the strings Repeated one incomprehensible name. The swift call of the mazurka resounded, And I danced with the courtesan of Sodom, I felt sad about something, laughed at something, And something seemed strangely familiar to me. I begged my friend: “Take off this mask, Didn’t you recognize your brother in me? You reminded me so much of an ancient tale, That I heard once upon a time. For everyone else, you’ll remain forever a stranger, And only to me you’ll be infinitely familiar.” And believe me, I'll hide it from people and masks., That I know you, Queen of Sodom." Under the mask, I could hear her young laughter. But her eyes did not meet mine., We roamed with dragons under the arm of the moon, Chinese vases darted between them. Suddenly, under the window, where the threat is empty The face of the passing night darkened, She slipped away from me like a snake., And she pulled off the mask and looked into my eyes. I remembered.